— Я из Белоруссии. Из Лиды. Знаете такой город?
— Город знаю, страну — нет.
— Как? Вы что, с Луны свалились?
— Нет, из Украины. Я Беларусь знаю, а не Белоруссию.
— Понятно. Значит, и вам американцы мозги промыли. Что наши националисты, что ваши — фашисты, одним словом. Вот мы с вами разговариваем по-русски, и никакая телячья мова нам не мешает. А вы на сезонные заработки приехали?
— Эвакуация.
— Почему не в Россию? Брат моего мужа, как только ваши начали бомбить Харьков, сразу с семьей в Россию переехал, там и жильё дали, и деньгами помогли, лекарства бесплатные (он инвалидом был).
— Был?
— Погиб на СВО, его через полгода мобилизовали. Зато семья его сейчас не бедствует, и дети пособие получают. Неразумно вы поступили, что в Польшу приехали. Тогда уже лучше было бы к нам, в Белоруссию. У нас зарплаты хорошие, националистов почти нет — все в Европу сбежали.
— А вы почему от хороших зарплат из своей «Белоруссии» сбежали в Европу? Не боитесь здесь националистов? Кстати, Харьков россияне бомбят. И остальную Украину тоже. Даже не скрывают этого. Не американцы оккупировали украинскую землю, не они убивают наших детей. А на «телячьей мове » ваше имя в паспорте написано. Из Беларуси вы, хотя ваше место в Белоруссии.
— Всегда знала, что от хохлов одни неприятности. Даже тут достали. Молитесь на свою Америку, а нас не трогайте.
— Не трогать — где? В Польше? У таких, как вы, и страны своей нет. Одно сплошное союзное государство. А Беларусь оставьте белорусам. И мову языком не оскверняйте.
Беласток. Пачуўшы такі дыялог каля гандлёвага рада з гароднінай, становіцца страшна. А бо яны, як вошы, пачуваюцца камфортна на любой галаве: Радзімы няма, толькі тэрыторыя.
Ліза Ахроменка
